Акт расследования по делу о взрыве большевиками бомб на учебном судне "Рион"

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок

ОСОБАЯ КОМИССИЯ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ ЗЛОДЕЯНИЙ БОЛЬШЕВИКОВ, СОСТОЯЩАЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ

    Вступление в конце марта  (по  старому  стилю) 1919  г.  большевистских

(коммунистических) войск Российской советской республики в пределы Крыма вызвало сильную панику среди жителей, опасавшихся обычных зверств красного террора и ужасов гражданской войны, а потому началась спешная эвакуация части гражданского населения и учреждений краевого правительства. В г. Севастополе утром 29 марта местный большевистский военно-революционный комитет издал и распространил прокламации, в которых приглашал рабочих прекратить работы по эвакуации и воспрепятствовать выходу судов в море.

    В   тот  же  день  на   Севастопольском  рейде  грузился  беженцами   и

должностными лицами с их семьями большой трехтрубный океанский пароход, учебное судно "Рион", водоизмещением около 13 000 -- 14 000 тонн, принадлежащий ранее Добровольному флоту под названием "Смоленск". Корабль по состоянию своих котлов и машин был лишен возможности самостоятельного движения, не имел электрического освещения, действовавших водопровода и помп.

    Все   палубы  и  обширные  пассажирские   помещения  были   переполнены

несколькими тысячами людей с их имуществом, причем в публике все время передавались тревожные слухи о том, что большевики не выпустят в море "Рион", что с пароходом может случиться несчастье и что его ждут "великие испытания".

    В 6  часов 40 минут вечера в  эмигрантском помещении на второй  палубе,

близ трюма No 4, раздался оглушительный взрыв снаряда, причем через остекленный люк трюма вырвался сноп пламени с дымом, имевшим запах пироксилина, и посыпался дождь разбитых стекол. Силою взрыва на верхней палубе были изломаны части укрепительных кронштейнов и головки паровых тумб двух погрузочных лебедок, тела которых рухнули вниз. Внутри помещения стальные листы водонепроницаемой переборки, толщиной в 8 миллиметров, были выпучены и раздвинуты, а заклепки в соединениях вырваны, крепления наугольного железа изломаны, деревянная бортовая обшивка расщеплена, внутренние деревянные застекленные перегородки снесены со своих мест и частью разрушены. Стальная дверь переборки весом в 18 пудов была сорвана с двух своих петель и отброшена в соседнее помещение, где задержалась у вентиляционной трубы на расстоянии 21 фута от места своего прикрепления.

    Хотя главная разрушительная сила газов направилась по пути  наименьшего

сопротивления наружу, через широкое отверстие трюмного люка, а начавшийся пожар был быстро потушен энергичными мерами судовой администрации, тем не менее от взрыва снаряда пострадало более 100 человек.

    Расследованием  отмечено 21 убитых и умерших  от ран  и 83  раненых, из

числа которых 52 были помещены на французское госпитальное судно "La Navarre", причем среди них оказалось 24 мужчины, 13 женщин и 15 детей в возрасте от 4 до 12 лет. Большинство ранений было причинено в верхнюю часть тела -- в голову, шею, грудь и руки, нередко с повреждением костей, иногда с ожогами от газов. Многие получили повреждения от осколков стекла, причем у одного мальчика было обнаружено на голове до сорока таких ранений.

    По заключению экспертов, взрывчатый  прибор представлял собою  аппарат,

сделанный из меди или латуни, снаряженный каким-либо бризантным веществом72 и начиненный пулями неизвестного металла. Прибор в момент взрыва был расположен около водонепроницаемой переборки, отделявшей эмигрантскую камеру от соседнего пассажирского помещения, на второй полке железной коечной сетки, на высоте 2 футов от пола.

    Влияние этого взрыва на жизнеспособность корабля, не повлекшее за собой

повреждений каких-либо существенных его частей, было, по мнению экспертов, весьма незначительным.

    Происшедший   взрыв  подтвердил   основательность  тревожных   ожиданий

пассажиров и явился источником новых волнений и страхов. В жуткой темноте громадного многоэтажного парохода, с узкими проходами, коридорами и кабинетами, тесно жались испуганные люди, ожидая каждую минуту нового, еще более страшного взрыва.

    В 11 часов 40 минут вечера в  средней части корабля,  на второй палубе,

между второй и третьей трубами в правом коридоре кают I класса два гимназиста почувствовали запах гари, о чем сообщили проходившему офицеру Маркову. В этом месте было обнаружено шесть бомб, соединенных между собою шнуром, с патроном и недогоревшим фитилем длиною в четверть аршина. Бомбы были завернуты в газетную бумагу и положены в самом углу совершенно темного коридора, близ каюты No 17.

    Взрыв из  этой части корабля, ввиду замкнутости помещения, обилия сухих

деревянных частей, узости коридоров, близости угольных ям, а также бездействия машин, водопровода и освещения, грозил чрезвычайной силой разрушительного действия снаряда, большим пожаром и громадной паникой. Все прилегавшие помещения I класса были заняты почти исключительно женщинами и детьми.

    По заключению экспертов при этом втором взрыве могли пострадать паровой

трубопровод, часть котлов и экономайзеров73.

    В  течение  дня и  вечера удалось задержать на пароходе матросов бывшей

команды парохода "Рион" Дымкина, Маховского и Логинова, которые явились якобы за получением причитавшегося им содержания по службе и которые были заподозрены в соучастии во взрыве. Допросом этих лиц установлено, что два других матроса того же корабля, Акулов и Вержинский, вошли в сношение с местной большевистской организацией в Севастополе и получили от нее взрывчатые вещества для взрыва парохода "Рион".

    Когда  ночью, по обнаружению новых бомб, было приказано Дымкину бросить

их с баржи в воду, Дымкин, предполагая, очевидно, что бомбы ударные, метнул их на палубу под ноги офицеру Маркову и производившему дознание чиновнику Полетика, а сам стремительно вниз головой нырнул в воду, где и был убит.

    При  обыске, произведенном в 4 часа утра 30 марта в г. Севастополе,  на

Георгиевской улице, в доме No 10, в квартире Акулова и Вержинского, последних там не оказалось, и был задержан лишь квартирохозяин Ларионов с женой, а в общем сарае жильцов найдены три электрических прибора для адских машин. На допросе Ларионов заявил, что знал о готовившихся Акуловым и Вержинским на пароходе "Рион" взрывах двух адских машин в 7 часов вечера и в 12 часов ночи. Жена Ларионова подтвердила, что 29 марта Акулов и Вержинский в нетрезвом виде на минной пристани в 4 часа дня говорили ей, что сегодня они подорвут "Рион". Ларионова предупреждала о том Маховского, советуя ему не задерживаться на пароходе, так как там приготовлен буржуям "гостинец".

    При   производстве  на  пароходе   розысков   при  помощи   полицейской

собаки-ищейки, последняя, обнюхав бумагу, в которую были завернуты найденные в коридоре I класса бомбы, пробежала по лестнице в кают-компанию, затем по верхней палубе, по лестнице вниз и дошла до канцелярии эвакуировавшегося судебно-уголовного отделения, где бросилась прямо на Логинова. Когда ему указали на поразительный факт его опознания, Логинов заявил: "Меня наказывают Бог и собака", но все же отрицал свою виновность во взрыве.

    Расследованием  установлено, что  Ларионов  являлся  одним из  активных

большевистских работников, ездил в Москву и командовал отрядом матросов во время борьбы с казаками генерала Каледина.

    При  попытке  к  бегству с корабля "Рион" Маховскии, Ларионов и Логинов

были убиты.

    Составлен 19 апреля 1919 года в городе Екатеринодаре.