Страница:Радиолюбитель 1928 г. №10.djvu/34

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок
Эта страница не была вычитана


Отдел ведет Л. В. Кубаркин

ДАЛЬНИЙ ПРИЕМ

Август и сентябрь месяцы блестящим образом завершили то прекрасное в радиосмысле лето, которым подарил нас 1928 год. Дальний прием в августе, особенно в конце августа и в сентябре был таким, что лучшего и желать грешно. Чего же еще в самом деле желать, если всего в десяти километрах от Москвы в вечерние часы добрый десяток заграничных станций частенько соперничал в громкости приема со станцией МГСПС, если уже двухламповый приемник О—V—1 регулярно каждый вечер давал уверенный и чистый от помех громкоговорящий прием очень многих дальних станций, а четырехламповый 1—Y—2 прямо-таки потрясал «заграницей» стены дачного дома.

Но все это эфирное раздолье начиналось только на расстоянии нескольких километров от всех электрических прелестей культурной жизни. Жители самой Москвы, да, вероятно, и многих других больших и «электрокулътурных» городов надо от всей души пожалеть—в самой Москве летний сезон вышел боком, дальний прием был совсем плох. Трамваи и прочие завоевания науки и техники неистовствовали, как никогда. Разряды, бесконечные громыхающие потоки разрядов заливали эфир. Только к самой ночи—и то не каждый день—несколько стихавшие трески разрядов позволяли несчастным москвичам убедиться в том, что Кенигсвустергаузен, Стамбул, Будапешт и еще пара-другая заграничных станций стоят на месте и работают.

Плохо быть радиолюбителем и жить летом в большом городе. Перенесемся лучше опять за город и посмотрим, что нового принес сентябрь месяц.

Прежде всего можно с удовольствием отметить усилившийся и достигший своего «довоенного уровня» прием Каттовиц и Стамбула. Стамбул капризничал уже давно, Кат- товицы начали капризничать только с начала лета этого года, но к осени они оба дружно исправились.

Довольно слабо слышна Мотала. Она вообще была устойчиво громко слышна только первые пять-шесть месяцев после открытия, а потом громкость ее приема начала колебаться и до сих пор не установилась на каком-нубудь определенном уровне. В конце лета Мотала проходила, очевидно, через очередную полосу плохой слышимости.

Такую же неустойчивую громкость приема дает и Ковно. В иные дни эта станция бывает слышна очень громко, но чаще слышна слабо.

Заметно улучшился в сентябре прием очень дальних станций, в частности, французских. Длинноволновые французские станции, которые были слабо и нерегулярно слышны летом, стали приниматься громче. Появились и такие станции, которые летом совсем не были слышны. Например, Тулуза, слышимая довольно хорошо, и даже такие станции, как Ажан и Зюд-Ост-Бордо. Сравнительно хорошо были слышны англичане—Лондон, Абердин, Нью-Кастль и испанцы—Мадрид и Альмерия. В общем, действительно хороший «зимний» прием самых дальних станций еще не установился, но прием улучшается с каждым днем и чувствуется, что скоро, очень скоро мы будем принимать Мадрид так же уверенно, как теперь принимаем какого-нибудь немца.

Скоро зима, а ведь как это ни парадоксально, но станции знойных, солнечных Италии, Испании и прочих южных стран всегда появляются в наших телефонах именно под свист метелей и в обстановке снежных сугробов.

КАНУН НОВОГО ГОДА

Старый мир, закоснелый в своих традициях, ведет начало годов с непонятной и неудобной даты—с первого января. Великий Октябрь, стряхивая с плеч шестой части земного шара заскорузлые одежды традиций, повелел вести счет с хозяйственно бо- • лее целесообразной даты—с первого октября.

Мы—скромные любители дальнего приема, да будет нам позволено вести, совсем неофициально, свой счет годов. Счет близкий нам и понятный. Наш год не имеет строго определенных границ. Его начало определяет сама природа—первые морозы, первые белые хлопья снега, пушистым ковром устилающие уснувшую землю, знаменуют начало нашего нового года—очередного Радиогода.

Сейчас канун этого нового, от рождества нашего радиолюбительства пятого радиогода. Что он нам сулит?

ВСЕГДАШНЕЕ ПОЖЕЛАНИЕ

Обзор новогодних переспектив нельзя начинать чем-нибудь иным, кроме всегдашнего пожелания—градуируйте свои приемники или стройте волномеры. Этим же пожеланием мы встречали сезон в прошлом году, но, к сожалению, оно в значительной степени так и осталось только пожеланием. Прошлый год дал мало, постыдно мало градуированных приемников. Громадное большинство любителей предпочло как попало, без руля и без ветрил носится по эфиру, и, конечно, результаты таких бестолковых скитаний были очень плачевны. В настоящее время мы имеем очень небольшую группу серьезных и ценных «градуированных» радиолюбителей и целый сонм таких, которые по сущестзу не могут и называться радиолюбителями, во всяком случае сознательными радиолюбителями.

Настоящий радиолюбитель немыслим без волномера. Поэтому еще и еще раз самое горячее пожелание—градуируйте приемники, делайте волномеры.

НОВЫЕ СТАНЦИИ

Прошлый год был очень урожайным на новые станции, наступающий сулит еще более обильный урожай. По всей Европе продолжается бесшабашная стройка новых станций и безудержная погоня за мощностью. Мы знаем официальные планы строительства станций в странах Европы, эти планы постоянно приводились в отделе «Что нового в эфире», но не подлежит никакому сомнению, что фактически будет выстроено порядочное количество «сверхштатных» станций, которые будут «выскакивать» так же неожиданно, как выскочил на-днях «сверхсметный» Болзано в Италии или «внеплановый» Радио-Савой во Франции. 1

Словом, станций старых и новых будет сколько угодно,—больше, чем нужно.

МОЩНОСТЬ

Наступающий год пройдет под знаком больших мощностей, которыми Европа собирается оглушать своих радиолюбителей. Нет, кажется, ни одной уважающей себя страны, которая не отроила бы минимум де- сятикиловаттный передатчик; большинство строит станций в двадцать, тридцать, сорок киловатт, а Франция грозит запустить в этом году на Эйфелевой башне даже стоки- ловаттный передатчик, который будет самым мощным не только в Европе, но и во всем мире, ибо даже в Америке выше ста киловатт пока не прыгали.

В общем, в этом году к удовольствию наших детекторщиков, в эфире будут носиться уже не жалкие киловатты и доли киловатта, а многие десятки и сотни киловатт.

СВЕРХДАЛЬНИЙ ПРИЕМ

О старушке Европе много говорить но приходится. Мы ее слышали уже достаточно и, конечно, будем хорошо слышать в этом году. В прошлом сезоне некоторые любители дотянули до полутораста принятых станций, в этом году вероятно дотянут до двухсот. Это очень ценно и интересно, но есть вещи более ценные и более интересные. Это—сверхдальний прием, заокеанский прием,—прием Америки.

В прошлом году мы совершили первую разведку в сторону Америки. Разведка вышла удачной. Мы, так сказать, «нащупали врага». Наша задача в этом году заключается в том, чтобы, базируясь на данных разведки, решительно атаковать Америку и «взять» ее.

Может-быть нас будут упрекать *— погоня за Америками пустое и поэтому вредное рекордсменство. Не так. Пусть в этой погоне за Америками и есть оттенок рекордсменства, но уже во всяком случае не пустого. Для того, чтобы принять Америку, любитель должен проделать большую работу. Он должен построить совершенно четко, идеально работающий приемник, в совершенстве постичь обращение с ним, и прекрасно знат^ эфир. Вот это-то и есть самое- главное, а вовсе не Америка. Америка не- самоцель, а просто очень трудная цель,, трудная мишень, по удачному попаданию в которую узнается хороший стрелок и хорошее ружье.

Для менее опытных любителей, которые еще не решатся или не смогут дотянуть в этом году до Америки, есть мишень полегче. Это—африканские станции Рабат и Казаблан- ка, прием которых труден,труднее, например, приема Испании, но легче приема Америки.

Любитель, принявший две эти Африки или даже одну из них, может по праву гордиться—он достиг многого.

МАЛЕНЬКИЙ ПРОГНОЗ

Даже, вернее, не прогноз, а маленькая скромная попытка сделать прогноз. Попытка, которая, весьма возможно, кончится крахом, окажется блефом, но даже и этот худой конец принесет какую-то пользу. Ошибки в некоторых вещах—вещь полезная, и надо верить, что после ряда промахов и ошибок в конце-концов удастся натолкнуться на истину.

Любители, внимательно следящие за дальним приемом, вероятно заметили, что слышимость станций, принадлежащих различным странам Европы, не остается из года в год одинаковой. Она колеблется. В сезоне 1926/27 года были хорошо слышны шведы, шведские станции прямо лезли в телефон. Куда ню кинешься—всюду швед. Очень недурно были слышны испанцы и итальянцы. Неважно шла Англия. В прошлом сезоне прием Италии почти совершенно прекратился*). Швеция и Испания были слышны плоховато, хорошо принимались англичане, сравнительно хорош был прием Франции.

Что будет в этом году?

Наблюдения, которые велись летом и осенью этого года, дают возможность предположить, что в наступающем сезоне должны быть особенно хорошо (сравнительно, конечно) слышны страны северной Европы—Швеция, Норвегия, Финляндия и Дания, и, из несеверных стран—Франция. Относит- тельно других стран имеющиеся признаки пока очень неопределенны.

Просим всех любителей дальнего приема проследить, насколько верной или неверной окажется эта первая попытка что-то предугадать.

КСТАТИ О КАЗАБЛАШЭЕ

Интересно, что сведения о тех станциях, которые являются, так сказать, «мечтой» любителя дальнего приема, проникают за пределы специальной радиопечати. В журнале «Вокруг света» (ленинградском) печатается роман-игра «Факультет кругосветного путешествия». После каждой главы этого романа, на разрешение читателей предлагается ряд вопросов так или иначе относящихся к содержанию глав. В № 34 «В.С.» третьим вопросом стоит такой: «О Казабланке. Как ни странно, но этот далекий город очень близок сердцам' некоторых наших читателей. Они мечтают о нем днем и ночью. Преимущественно ночью. Иные с гордостью произносят его имя. Что это за категория чатателей?»

Вероятно, все радиолюбители правильна ответили на этот вопрос.

ФРАНЦУЗСКИЕ ОГАНЦИИ

Франция имеет в настоящее время наибольшее в Западной Европе количества радиовещательных станций — 34 станции

  • )Все данные относятся к приему в района Москвы.

376