Страница:Радиолюбитель 1928 г. №11.djvu/37

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок
Эта страница не была вычитана


в

Отдел ведет Л. В. Кубаркин

ДАЛЬНИЙ ПРИЕМ

/ОКТЯБРЬ месяц не является еще «сезо- ком», но введением в сезон его считать можно. И надо сказать, что это «введение» не было плохим. Слышимость дальних станций в октябре в большинстве случаев была хороша. Вполне наладился н стал регулярным прием самых далънпх станцпй—испанских и английских. В общем дальний прием в этом году, пожалуй, лучше, чем в соответствующие месяцы прошлого года.

Но это все относится к приему за городом. Б Москве дальний прием все еще очень плох. Весь московский прием можно охарактеризовать одним словом — трещит! Невероятно трещит, так трещит, как-будто бы вся энергия московских трамваев не направляется к своему прямому назначению— па движение вагонов, а специально пзлучаете а в эфир для создания помех несчастным радиолюбителям.

В прошлом году тоже трещало, но это трещание было ограничено каким-то временем. К часу ночи обычно трески стихали, эфир прояснялся. Теперь же трещит без просвета, без умолка, без передышки.

Для того, чтобы действительно представить себе, что и как слышно, надо было уезжать за город. Но зато, вырвавшись за город, можно было действительно всласть поплавать по эфиру.

К наступающему сезону общая картина эфира несколько изменилась. Прежде всего бросается в глаза (вернее в уши) значительное усиление приема Тулузы (391 м) и Давентри Экспериментального. В октябре под Москвой Тулуза принималась на редкость хорошо. Уже в десять часов вечера Тулузу можно было принимать на громкоговоритель, примерно, с такой же громкостью, как Гамбург или Лейпциг. В наших условиях это является в сущности первым случаем, что французскую станцию можно принимать не случайно, а вполне уверенно, громкц и отчетливо.

Такую же прекрасную слышимость давал и Давентри Экспериментальный, который, подобно Тулузе, принимался очень рано вечером п по громкости в отдельные дни даже превосходил Берлин. Прием его на громкоговоритель был вполне возможен. Очень не плохо был слышей и ближайший сосед Давентри—Абердин.

На волнах 500—600 метров соперничают в громкости две станцпп—Будапешт и Вена. Их относительная громкость постояпно колеблется, но в самое последнее время перевес как-будто бы на стороне Вены.

Вполне ' прилично — лучше, чем раньше слышен Мюнхен. Краков слышеп сравнительно неважно. Очень слаб н плох прием Милана.

На волнах короче 500 метров особых изменений нет, если не считать того, что польские станции—Вильно, Каттовицы и Познань, пожалуй, начинают исправляться я относительная громкость их приема понемногу увеличивается. Из новостей на этом диапазоне надо отметить слабенький, но довольно регулярный прием Рабата (Марокко, 414 м).

Длинноволновой участок диапазона преподнес любителям ряд сюрпризов. Чуть ли

Заключение

Преимуществам» усилителей низкой частоты »а сопротивлениях как высокоомных (Ардеввовских), так низкоомпых яиляются:

1) Чистота передачи-В то время,кз к кривая усилителя на сопротивлениях представляет почти прямую линию, мы видим, что в усилителе на трансформаторах опа представляет очень изломанную линию.

2) Дешевизна и легкость монтажа.

К специальным достоинствам усилителей на высокоомных сопротивлениях надо отнести:

а) Большой коэфициент усиления. Все же нужно заметить, что коэфициент усилеиии каждого каскада (усилителя на

не псе длинноволновые станции сорвались со своих насиженных мест и поскакали в разные стороны. Первым исчез со своих привычных 1158 метров Калундборг. Не успели разыскать Калундборг на волне 1060 м где-то около Иаркомпочтсльского Харькова, как вдруг поехал вниз, казалось такой солидный и устойчивый Давентри- пагъаша. Переехал на волну 1562 м и.... завыл с Лахти. Кепигсвустергаузси сделал еще хуже—он раздвоился. Он был слышен то на законной волне 1250 м, то неожиданно оказывался па волне 1640 м, то окончательно путал радиолюбителей тем, что работал на обеих волнах одновременно. И не было никакой возможности разобрать, где работает всамдслишппй Кеиигсвустергау- зен и где его экспериментальный собрат. За Кепнгсвустертаузеном потянулся и Стамбул, который по неизвестным причинам решил удлинить волну до 1230 м.

Вся эта длинноволновая чехарда была бы, вероятно, очень интересна в другое время, но в октябре она принесла сотрудникам «РЛ» много неприятных минут—как раз составлялся «Путеводитель по эфиру», а тут вдруг станции, как на зло, затеяли беготню по эфиру. И хуже всего было то, что заграничные журналы ничего не писали об этих переменах. До сегодняшнего дня—3 ноября—все журналы преспокойно указывают волну Кенига в 1250 м, Давентри—1604,3 м и т. д.

ЧТО И КАК СЛЫШНО В ТУРКЕСТАНЕ

Туркестан — одна из отдаленных окраин нашего Союза. Больше трех тысяч километров отделяют его от центра. Можно было бы думать, что при таких расстояниях в Туркестане вообще толком услышать ничего нельзя, ибо даже самая близкая европейская станция является для Туркестана своего рода «сверх-Мадрпдом». Но на деле положение в Туркестане вовсе не так плачевно. Вот что пишут туркестанские любители, тов. Н. В. Булаевскпй (Ташкент), тов. Г. Щенпиков (Самарканд) п тов. К. (Самарканд).

Прием наших союзных станций сравнительно хорош. Лучше всего слышны следующие станции—нм. Коминтерна, им. Попова, оба Харькова, Тифлис, Уфа, Самара, Омск, Петропавловск, Ростов-Дон, Ленинград, Эти станции можио принимать па громкоговоритель. Хуже и не вполне регулярно слышны Казань, Минск, Новосибирск, Оренбург, Баку, Нижний-Новгород. К чпелу реи ко принимаемых станций относятся: Астрахань, Киев, Курск, а также Владивосток и Великий Устюг, которые были приняты всего по одному, по два раза. Из списка союзных станций мы выпустили местные туркестап- скне станции—Ташкент, Ашхабад и Самарканд, так как они слышны, конечно, по всему Туркестану.

Из заграничных станций наиболее громко и регулярно слышны: Кснигспустергаузен,

Лангеиберг, Кенигсберг, Варшава, Каттови- цы, Лахти, Вела, Будапешт. Стамбул. Эти станции в благоприятные дни принимаются на громкоговоритель, а некоторые, как, например, Будапешт, слышны часто громче Коминтерна.

сопротивлениях мев ьшо, чем при трансформаторной связи.

Это уменьшение усиления можно компенсировать такой конструкцией ламп, которые облатают большим коэфицнентом усиления.

2) Возможность пользоваться пониженным напряжением пакала, а в связи с этим увеличение продолжительности лампы.

Теоретически усиленно получается более равномерным при малых анодных сопротивлениях. По благодаря физиологическим особенностям уха едва лк можно будет обнаружить разницу в чистоте передачи, почему мы полагаем, что преимущество, по крайней мере, в радиолюбительской практике надо отдать усилителям на сопротивлениях Арденне.

Более слабо и менее регулярно слышны Давентри, Прага, Бреслау, Глсйвиц, Тулуза. Рим, иногда Барселона и ряд других станций, слышимых так слабо, что определить их не представляется возможным.

Отдельно надо сказать о приеме индийских станций. Обе радиовещательные станции—Бомбей и Калькутта,—работающие в Британской Индии, слышны в Туркестане. Наиболее хорошо слышна Калькутта, которая принимается регулярно н громко в Самарканде и не совсем регулярно и довольно слабо в Ташкенте. Бомбей слышен нерегулярно п слабо.

Теперь относительно условий приема. Значительные затруднения для дальнего приема представляет большая разница во времени, достигающая трех часов для наших станций и четырех, даже пяти часов для европейских. В этом отношении наиболее благоприятны для приема станции, расположенные к северу (сибирские, в частности Омск) и к югу (Индия).

Атмосферные разряды дают себя чувствовать сильно. В сущности хороший дальний прием бывает только в течение трех зимних месяцев, остальные месяцы неблагоприятны для приема дальних станций. Относительно пригодных типов приемников тов. Булаевскпй пишет следующее: «В массе распространено убеждение, что Москву (к которой устремлены все мысли ташкентцев) меньше чем на 3—4 лампы пе услышишь. Это убеждение практика отбрасывает совершенно. На простой О—V—I (регенератор) слышно много станций, что лишний раз доказывает все преимущества данного видя приемников».

Сам тов. Булаевскпй принимал все перечисленные выше станции на приемниках О—V—О и I—V—I (изодин), а тов. Пленников в Самарканде принимал все эти станции на одноламповом регенераторе.

В заключение приведем слова т. Булаев- скоро о работе ташкентской станции — «Местная станция работает хорошо, разворачивает широкую культурно-просветительную работу. Преподает языки, ликбез, азбуку Морзе и т. д. Своими хорошими узбекскими передачами очень быстро завоевывает себе популярность среди коренного населения (узбеки), которые в последнее время усиленно радиофицируются».

Пять лет германского радновешанпя

29 октября исполнилось пять лет германского радиовещания—первая радиовещательная передача-концерт была передана берлинской станцией в 8 часов вечера 29' октября 1923 года. Этот юбилей был ознаменован тем, что 29 октября в тот же самый час Берлин в*точности воспроизвел свою первую программу, переданную в эфир пять лет назад. Юбилейную передачу Берлина транслировали все германские станции.

У пас эта передача была слышна довольно хорошо.

Пощадите Америку.

Америка от пас далеко. Какие там именно станции работают в Америке—это дело темное. Все равно никто не разберет, пиши что попало.... И пишут —

Ленинградский журнал «Вокруг Света», так начинает в - № 88 очередную главу романа «Факультет кругосветного путешествия». «...Бронзовый громкоговоритель откашлялся и произнес — Кэй о зад, Лос- Апжслос, Калифорния»...

Оттого вероятно а закашлялся громкоговоритель, ‘ что заставили его врать — нет такой станции «КэЙ-о-зэд» (КОХ) в Лос-Ап- желосе.

«Радиослушатель» >6 5 не закашлялся, когда начал статью «Том... том, том...» следующим образом—«Добрый вечер, лэдн и джентльмены! Это станция Даблыо-К-Д, передающая на полно... метров из Олбани, Нью-Йорк»...

А закашляться бы следовало—пет в Нью- Иорко и о штате станции «Даблью-Кэй-Дн».

В том же 5 «Радиослушателя» кто-то < серьезным лицом уверяет читателей, что испанская станция называет себя так: «Говорит Испания, Барселона. Станция лаборатория Филипс радио РСИН*.

Не иначе, как автор ослышался. Испания обычно называет себя так: «Слухайте, говорит Гншпапип на хвили... метрик...

419