Страница:Радиофронт 1931 г. №03-04.djvu/39

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок
Эта страница не была вычитана


Художественное вещание

Неужели опять путешествие «па. перекладных» по всем радиостанциям от Минска до Владивостока ?—воскликнет читатель.

Нет, не нужно! Довольно утомительного разбора качества каждого радиоцентра в отдельности. И это вовсе не потому, что мы отводим художественному вещанию какое-то третьестепениое место в культурно-политической работо по радио.

Дело в том, что художественное вещание многих радиоцентров настолько однотипно, что нет никакой надобности говорить особо о каждом. Но прежде всего попытаемся внести некоторую ясность в сал^ю постановку вопроса: что такое художественное вещание п каково его назначение?

Конечно, при некотором желании, о сути и назначении художественного вещания можно провести несколько диспутов, исписать бочку чернил и обострить бумажный кризис. Попробуем подойти к делу попроще. Нам думается, что художественное вещание имеет своим главным назначением содействовать поднятию и пополнепию той бодрости и энергии, которые нужны рабоче- крестьянским массам прп выполнении сложнейших процессов социалистаческого строительства. Быть может, это формулировка и несколько упрощенная, но не эстетским же воспитанием масс должно заниматься художественное вещание. Конечно, музыка и художественное слово должны воздействовать па культурное развитие слушателя, культурно организовать его отдых, но вместе с тем и звать к борьбе и строительству. Из такой постановки вытекает, что и художественное вещание является вещанием политическим, хотя и несколько своеобразным. А раз так, то и его мы будем рассматривать исключительно с той точки зрения, насколько оно является действенным оружием пролетариата.

Ближайшее ознакомление с содержанием нашего художественного вещания на местах открывает картину чрезвычайно нерадостную, мы бы даже сказали, грустную.

Начнем с музыки. Несомненно, это такой участок работы, где классовый враг может и действительно пытается беспрепятственно протаскивать свои взгляды и идеи. Если в чисто политическом вещании четкую установку дает партия через свое доверенное лицо—редактора, то в области музыкальной работы многое зависит от самих руководителей художественного вещания. И вот тут-то и сказывается полнейшая безыдейность и бессодержательность работы многих радиоцентров. Кое-где все еще безраздельно господствует взгляд, что музыка должна давать слушателю только приятное развлечение,—а следовательно, давай гармонь и балалайку. Давай сусально а(ещапские вальсы, «р-р революционные» музыкальные изделия Хайтов, Покрасов и прочих сил дел мастеров. Словом, музыку легкую, т. е. такую, которая ппкого пе волнует, ни к чему пе зовет, баюкает, уносит куда-то далеко от суровой действительности сегодняшнего.

Ярко выраженная аполитичность, обывательщина, цыганщина и всякого рода «салопная» пошлятина все еще живут в нашем художественном вешании.

Положим, что это типично, главпым образом, для центров мелких, по ведь их миого! Мы затрудняемся отвести к этой группе республиканский центр Белоруссии, но и здесь в одинаковом почете Бехтоиен и Хайт, Шопен и Легар—богатейший ассортимент на все вкусы и в особенности обывательские.

Как правило, почти всюду концертам предшествует поясшттель- иоо слово, и в этих пояснениях слушагглю иногда преподносится почто такое, что жуть борет п за пояспптоля и за слушателя.

В большинстве случаев музыкальный по- яспитель имеет огдалеп- пое представление о марксистском подходе к анализу и оценке художественных произведений. Но от него требуют пояснений «идеологически выдержанных», и музрук начинает фаршировать свои музыкальные арабески «идеологией». В итоге иногда получается вот что:

В Смоленске музыкальный пояснитель, прежде чем приступить к концерту «Пушкин в музыке», сделал слушателям несколько сенсационпых сообщений. Оказывается, Пушкин уже в 1812 году имел тесную связь с декабристами, несмотря на то, что поэту в это время шел лишь 13-й год, а декабристов, как группы, не существовало вовсе.

Дальше потрясенный слушатель узнал, что Пушкин подвергся гонениям за стихотворение «На смерть поэта». До этого «откровения» смоленского музрука все мы были искренно убеждены, что это стихотворение написано по поводу трагической смерти Пушкина поэтом Лермонтовым.

Но... да что там говорить,—подвела проклятая «идеология». Очевидно, руководители смоленского радиоцентра забыли, что самая прекрасная девушка... то бишь, самый прекрасный музыкант не может дать больше того, что он имеет и умеет. И быть может, не так уж плохо, что Минск, например, дает свои концерты без таких рискованных пояснений.

Просто-напросто доктор призывает слушателей насладиться произведением некоего композитора... Дарможирского. Не слыхали о таком композиторе? Ну, а минский диктор ничего не слыхал о Даргомыжском, только и всего.

Само собой • разумеется, что нигде, никогда, никому не пришло в голову давать пояснения к гармошке. Редко кто контролировал репертуар гармонистов, и эти «свободные художники», получившие музыкальное образование в пивных, а высшую квалификацию—на мещанских и купеческих свадьбах, «запузыривают» уже без всякой идеологии вальсы и польки мазурки доотказу.

Везде ли такое положение? Конечно, нет. Наиболее крупные радиоцентры имеют неплохие оркестры, а некоторые, как, например, Харьковский и Бакинский, ведут большую работу по развитию культуры национальной музыки. Однако основным недостатком этой работы, как и художественной работы большинства радиоцентров, надо признать полнейший отрыв от масс.

Рабочий или крестьянский музыкально драматический кружок—редчайшие гости в наших радиостудиях. Редким исключением в этом отношении является только Ленинградский радиоцентр, который в своих 14 художественных мастерских