Страница:Радиофронт 1937 г. №02.djvu/6

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок
Эта страница не была вычитана


Я родился в 1903 г. Отец мой преподавал немецкий и латинский языки. Я учился в старой гимназии в Москве, где живу с 1910 г.

Если кому-нибудь интересно мое детство, пусть он представит себе городского мальчика из бедной интеллигентной семьи, снимающего вечером для сохранности гимназический мундирчик и надевающего заплатанные штаиы и поношенную куртку: футболиста, домашнего электротехника, постоянно пережигающего предохранители во всем доме; завзятого читателя Джека Лондона, мечтающего о мужественных приключениях, тяготившегося домашней размеренной жизнью и обещающего себе построить собственную жизнь иначе. Ручаюсь, что вы знавали таких ребят.

По бедности нашей семьи на летние каникулы я в годы войны никуда не ездил, а оставался в Москве и работал во Всероссийском земском союзе. Сначала таскал «посылки для военнопленных», а потом «повысил свою квалификацию» и стал упаковщиком этих посылок. Затем занимался у частного хозяйчика расклейкой всяких об*- явлений, плакатов и афиш.

В 1917 г. я был в пятом классе гимназии. Революцию воспринял довольно своеобразно. Решил, что мне довольно учиться. Надо сказать, что и домашнее положение много способствовало этому решению. Нужно было думать о заработке. Отец начал болеть и не работал. Работали мать и я. Я устроился в маленькую ремонтную мастерскую одного знакомого моего отца. Там чинились мясорубки, примусы, кастрюльсш, детские коляски и т. п. Работали мы вдвоем. В мастерской было темно,

Имя дважды орденоносного радиста, участника слав- ной Челюскинской эпопеи Эрнеста Кренкеля известно всей стране. Его путь — путь подлинного советского радиста, воспитанного радиолюбительской средой, до конца преданного социалистической родине.

П омещаемая статья Эрнесте Т еодоровича Кренкеля — увлекательная биография советского радиста. Она с большим вниманием будет прочитана каждым читателем нашего журнала. В ней показан путь от начинающего радиолюбителя да мастера коротковолновой связи.

грязно и всегда стояла страшная копоть. Мне скоро надоела эта работа и постоянная брань с заказчиками.

Однажды я прочел на улице об’явлеиие о 9-месячиых курсах радиотелеграфистов. Вскоре я стал посещать эти курсы, одновременно продолжая работать в мастерской.

Курсы помещались на Гороховской улице. Обучалось на курсах 40 человек. В помещении было холодно. Каждый вечер выдавалось «усиленное» питание — кусок черного хлеба п чайная ложка повидла. Во время приема иа-слух мерзли руки. В классе мы сидели в пальто.

В 1920 г. я окончил эти курсы. Кончил первым по скорости и был рекомендован на Люберецкую радиостанцию. Отправился туда на первое дежурство. Для проверки за параллельный телефон сел сам заведующий радиостанцией. С ужасом я заметил, что ои легко н свободно без пропуска

Э. Кренкель

записывает слабые сигналы; я же не могу полностью принять ни одного слова. В конце приема я сидел над чистым листом бумаги с несколькими буквами. Ни слова ие говоря, заведующий ушел. Через час иа стене висел приказ: «За полной непригодностью к работе на радиостанции увольняется т. Кренкель». Тут я взмолился. Попросил разрешения хотя бы две недели попрактиковаться. Мой провал об'ясиялн отсутствием тренировки в настоящих вксплоатационных условиях и привычкой к громкой и легко принимаемой классной работе. Мне было разрешено практиковаться две недели, но уже через неделю я мог нести самостоятельное дежурство. Вскоре я бросил свою работу в мастерской. Продолжая работать на радиостанции, одновременно стал готовиться в радиотехнику м.

В КРАЮ БЕЛЫХ МЕДВЕДЕЙ

В 1924 г., не дотянув полгода до диплома, я бросил учиться: потянуло побродить,

обязательно захотелось на море. Собрал я немного денег и отправился в Ленинград, чтобы попасть иа один из пароходов, работающих на заграничной линии. Прибыв туда, я с печалью узнал, 'что ходит всего лишь два парохода, что радистов, претендующих иа место, более 20 человек, притом все «старые зубры», имеющие большой стаж. Мои шансы были ничтожны.

Каждый день я ходил в контору Балтийского бассейна в надежде найти себе место. Там я подсаживался к радистам и слушал их разговоры. И вот однажды среди них зашел раз-