Страница:Радиофронт 1937 г. №07.djvu/6

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок
Эта страница не была вычитана


Это было осенью 1935 г.

Быстроходный катер уносил нас вниз по Северной Двине к неясно вырисовывавшимся в утреннем тумане остовам тяжелых ледоколов. Вдали исчезал Архангельск.

Порывистый холодный ветер трепал флаги встречных кораблей. Перекликались лесовозы и китобойные суда. Близился конец полярной навигации, в архангельском порту наступало затишье.

Отважные радисты Арктики Евгений Николаевич Гиршевич и Александр Александрович Михайлов везли меня к себе в гости' — на ледокол «Садко». Ледокол только что (вернулся из высокоширотного плавания и теперь стоял на якоре в архангельском порту, разгружаясь и отдыхая после долгих скитаний во льдах.

С высокого борта корабля нам сбросили веревочную лестницу. Мгновение — и мои спутники были уже наверху. Мне, же пришлось немало потрудиться, чтобы справиться с ненадежными висячими ступеньками и не осрамиться позорным падением в воду.

На борту ^ледокола нас приветствовали оглушительным лаем несколько огромных полярных собак. Для кагкдой из них Евгений Николаевич находил

особое ласковое слово, а псу, заграждавшему вход в радиорубку, сказал нечто такое, что моментально преобразило его свирепую внешность.

— Это наши большие друзья, — пояснял на ходу Михайлов, — Они делят с нами и радости и лишения. А "от этот пес взял на себя «добро- вольную службу» по охране радиорубки.

Радиорубка помещалась на носу корабля. Антенна соперничала по высоте с мачтой для под’ема флага. Идеальной чистотой блестели передатчики.

— Вот наше радиохозяйст- во, — говорил Гиршевич. — На длинных волнах мы держали связь с ближайшими полярными станциями, а на коротких — с материком. Сейчас, как видите, радиослужба корабля временно прекращена.

— Здесь мы, как у себя дома, — продолжал радист. — Все под руками!

Необходимо большое спокойствие и выдержка, чтобы скромно н просто делать замечательные дела в труднейших и опасных арктических условиях. На корабле, как дома, чувствовали себя отважные радисты и под 82° северной широты и в жестокие полярные штормы. Преданность родине и сплоченность со всем коллективом корабля

порождают эти высокие показатели самоотверженности и мужества.

Как дома! Так чувствовал себя Гиршевич в 1920 г. па первой зимовке на Каннном Носе, во время поисков Амундсе- v на на ледоколе «Седов», в знаменитом походе «Сибирякова». совершившего впервые в истории сквозное ‘плавание из Архангельска во Владивосток.

Гак чувствовал себя старейший полярник Михайлов, участвуя еще в 1918 г. в плавании на гидрографическом судне, а затем зимовавший по нескольку лет на полярных станциях, на о. Диксон и острове Белом.

Наша беседа длилась долго. Мы проследили весь путь ледокола, просматривали аппарат ный журнал, обсуждали условия арктической радиосвязи.

11од (вечер мы осматривали «Садко». Из Арктики он вернулся поистине богатым гостем. На берег выгружались ценней шие научные коллекции, причудливые растения были бережно упакованы в ящиках.

11оздно вечером МЫ возвращались в Архангельск. Накрапывал дождь и портовые огни светили матовым, неясным светом.