Страница:Радио всем 1928 г. №08.djvu/7

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок
Эта страница не была вычитана


-ГЛ Ъ'Ъ. С У

II

195

BC3SSZ

зкешь быть нахалом, меня этим не проймешь. А я не уйду...

Щур повернул голову.

— А позволь опросить: почему?

— Очень просто. Собрание отменили, а я всех предупредила, что буду занята, оначпт деваться мне некуда, дома сидеть я не люблю, а у тебя радио.

— Ну и что ж?

Лизанька пожала плечами.

— Какой ты бестолковый тип, — сказала опа довольно строго. — Сегодня трансляция из Большого театра — „Князь Игорь0... У тебя как—приемник для красоты стоит или для слушания?

Шур искоса посмотрел на Лизаньку.

— Вопервых, он не стоит, а лежит под столом. Вовторых, опера —это вообще буржуазная отрыжка. А втретьпх, я принимаю теперь только короткие волны, а оперы, как известно, передаются на длинных. Поняла? Сделай соответствующие организационные выводы и сматывай удочки. Ты видишь, я делом занят?

Даже на редкость устойчивое хладнокровие Лнзаньки Штольц не выдержало Мпшкиной недвусмысленной невежливости. Лизанька рассердилась, покраснела, хотела что-то сказать, но, очевидно, решила, что при создавшемся положении слова бессильны. А Щур еще подлил масла в огонь:

— Удивляюсь я, до чего это обнаглел народ! Нечего самому делать, так надо другому мешать работать. До чего надоело— прямо помереть хочется...

— Ах, так...

Лизашка перевела дух и двинулась к Щуру, который сосредоточенно уткнулся носом в приемник.

Положение стало угрожающим.

Остановившись около стола, Лизанька молча раздумывала — чем бы отплатить Мишке за такое возмутительно нетоварищеское отношение? Внезапная мысль осенила разгоряченную лизанькину голову,— она вспомнила про поручение, данное ей Громовым накануне, вынула из кармана вчетверо сложенную бумажку, развернула ее и, взяв со стола недоку- ренную папиросу, прожгла в бумаге большую неправильной формы дырку.

Щур угрожающе поднялся со стула...

— Что ты делаешь? — спросил Щур, почуяв в воздухе запах горелой бумаги.

— Вот тебе, — крикнула Лизанька, бросила бумажку на стол и без промедления отскочила в сторону, опасаясь ответной вылазки неприятеля, т. е. иными словами Щура.

ЩУР удивленно разглядывал бумажку.

— Что это, Лизка? А?

— Это тебе Ванька-Канн велел передать, — нз другого угла комнаты ответила Лизанька.

— А почему дырка здесь прожжешь?

Щур угрожающе поднялся со стула.

— Но будь певежей, —с торжевтвом крикпула Лизанька и быстро скрылась за дверь.

Дверь хлопнула, и все стихло.

Щур вертел в руках бумажку. После операции, произведенной Лнзанькой, схема имела следующий вид:

ГЛАВ АН.

Эфирная музыка.

— 6-13-32. Да. Благодарю вас.

— Алло?

— Нефтесивдпкат?

— Да.

— Будьте любезны попросить к телефону Вань... виноват... Ивана Александровича Громова.

— Громов в командировке.

— А когда будет?

— Недели через две.

— Благодарю вас...

Щур раздраженно опустил трубку па рычаг.

— Чорт бы взял эту несносную Лизку, — думал он, отходя от телефона. — Я уж знаю — нет хуже, если баба ввяжется в дело. И надоумило же Ваньку передать с ней схему.

До начала тэста оставалось три дня. Поэтому ждать возвращения Громова не имело ни малейшего смысла. Щур решил на свой собственный страх и риск монтировать приемник по испорченной Лп- занькой схеме.

Три вечера подряд оп посвятил устройству приемника. Электронная лампа „микро“ уже сидела в гнездах; катушка, намотанная из оказавшегося под рукой толстого медного осветительною провода, производила впечатление более чем солидное. Щур еще раз проверил соединения и надел на уши телефоны. Вспыхнула красноватым светом лампочка

Спокойной рукой Щур медленно по- Еорачпвал рукоятку конденсатора.

— Посмотрим, — бурчал он вполголоса. — А ну...

Ни звука. Иногда в телефонах слышался слабый треск, но никакой передачи уловить но удалось.

Щур тяжело вздохнул а еще раз по- мяпул Лизаньку крепким словом.

Он не мог не знать о том, что именно в эту минуту сотни любителей сидел и у своих приемников, записывая точки и тире, посылаемые в пространство американцами. А он, Щур, вынужден с бессильной досадой созерцать свой безмолвствующий аппарат н ждать, как ждут у моря погоды, приезда Громова...

/— Придется пересмотреть схему,—решил Щур. Быть может первеовдпнпть конденсатор?., или мегом?..

Полночь застала Щура за проверкой полюсов анодной батареи. Никакой передачи ему принять не удалось.

Только на следующий вечер старания Щура, если и но увоычалнсь йодным уснехом, то во всяком случае дали некоторый результат.

В десятый раз пересоодиняя провода, ЩУР услышал в телефоне какой-то странный звук — точно запела скрипичная струна... Затихая, звук прервался. Щур осторожно повернул верньер конденсатора и вновь услышал тот же звук, быстро усилившийся и затем внезапно смолкнувший.

— Эго, — произнес Щур—Даешь..

Звук снова вспыхпул, но теперь он

звучал но один. Целая гамма чистых музыкальных тонов, то накладывающихся друг на друга, то перегоняющих друг друга, звучали в телефоне, настойчиво вползая в ушп, затихая до еле слышного звучания и снова усиливаясь. Это была странная музыка, никогда до сих пор не слышанная человеческим ухом, никогда пе снившаяся самому капризному композитору. И даже музыкой нельзя было назвать это путающееся чередование тонов...

Щур, в немом изумлении, зажавши в зубах погасшую папиросу, не двигаясь, сидел у приемника. Нижняя губа его отвисла, брови медленно, по верно ползли вверх, и глаза, внезапно утратившие осмысленное выражение, застыли, неподвижно уставившись в одну точку. ф Да, ни одному радиолюбителю не доводилось принимать подобную передачу.

— Это ничуть непохоже на морзянку,— размышлял Щур.— И еще менее — на свинью в эфире. Будь я проклят, если кому-нибудь приходилось слышать такую странную свинью...

А звуки все неслись... То повышаясь, то понижаясь, то переплетаясь в ласкающем созвучии, то сталкиваясь в кричащем, режущем слух диссонансе, они странным образом нервировали Щура, доводя все его существо до какого-то жуткого оцепенения. Н вдруг, когда бешеная скачка звуков, казалось, достигла невыносимо быстрого темпа — Щур даже почувствовал острую боль в ушах — в телефоне резко затрещала мембрана, и звуки смолкли. Фарандола звуков точно провалилась во внезапно раскрывшуюся пустоту, п тишнна, сменившая необъяснимую эфирную музыку, показалась Щуру особенно чуткой, затаившей в себе какую-то скрытую угрозу. Напряженно вслушиваясь, Щур не смог расслышав в этой тишине ника-

Щур в немом пзумлонпи спдел у приемника

кпх звуков — только собственное его дыхание, прерывистое п учащенное,вторгалось откуда-то со стороны — точно из другого мира — в немое молчание.

По привычке взглянув на часы, Щур машинально отметил время: было 3 час. 46 мин.

— Н-да, — протянул он слабым голосом н потянулся за папиросой. — Вот тебе, Лизанька, и Князь Игорь...

(Продолжение л след, номере).