Страница:Радио всем 1928 г. №11.djvu/8

Материал из РадиоВики - энциклопедии радио и электроники
Перейти к: навигация, поиск
Выкупить рекламный блок
Эта страница не была вычитана


284

Радиофантастичвский роман В. Э ф ф. (Продолжение.)

Ванька сгреб Лизаньку в охапку, крякнул, и неуспевшая ахнуть путешественница уже очутилась внутри сигары. Не без ванькиной помощи за ней последоваи Щур, а затем и сам Громов, подтянувшись на руках, проник в каюту.

Дверь безшумно закрылась.

В тесной каюте Громову нельзя было выпрямиться. Потурецки скрестив ноги, он уселся на пол и задумался. Лизань- ка Штольц, прижавшись в уголке, запрятала в рукава озябшие руки и молчала. Только Щур, не находя себе места, бродил, натыкаясь на ванькины ноги.

— Эх, граждане, полжизни отдал бы за папиро :у,—сказал он и просунул голову в башенку, купол которой был расположен над самой серединой каюты.

— Эй, братва,—вдруг воскликнул он.—Мы ведь едем! Едем!

Ускорение сигары было столь незначительным, что никто не заметил, как она двинулась. Расплющивая носы о толстые стекла башенных амбразур, В2е трое смотрели назад, где луч прожектора освещал развалины, оставшиеся далеко позади. Над грудой кирпича была ясно видна гигантская арка, свернутая из спирального проводника.

— Это торойдная катушка,—сказал Громов.—Одного только не понимаю: зачем?

— Чорт ее разберет,—откликнулся хмуро Щур.—Непонятно также, откуда взялась эта пластина, повисшая над

состоянии удовлетворить спрос потребителя.

С какими же товарными резервами выступит кооперация в деревне?

Выступать не с чем. Товаров нет.

Либо, если быть последовательным, то по проекту «Радиопередачи» следует торговлю перекинуть из города в деревню. На эту тему, я полагаю, можно писать только фельетоны, что я и предоставляю делать лицам, обладающим способностью писать веселые проекты.

Из всего сказанного вовсе не следует, что кооперация как таковая не должна вовлекаться в дело распространения радиоизделий. Конечно, должна! Но как следующая ступень отражения роста нашей промышленности.

Не путем уничтожения одной государственной торговли и передачей торговли в другие руки, в руки организации, которая будет в определенных «объективных условиях иметь те же, если еще не большие недостатки, чем у существующей торговой организации, а путем расширения торговли, постепенно развивая ее и доводя до деревни.

Что остается от проекта «Радиопередачи?»

Кривое зеркало с отражением уродливей формы ублюдочных идей.

Было бы очень желательно, чтобы ОДР СССР и местные организации ОДР высказались по этому вопросу на страницах «Радио всем».

развалинами?.. Впрочем, это не важно. Как вы думаете, куда мы едем?

— Посмотрим,—философски заметила Лизанька, которая, угревшись, утратила способность изумляться.—Здесь по крайней мере тепло и не дует...

На высоте десятка метров металлическая сигара быстро плыла в воздухе. Куда? Никто не мог ответить на этот вопрос.

ГЛАВА VIII.

Лифт с сюрпризами.

Гладкие стены, серые, как пепел. Окон нет. Это не комната,—ведь в каждой комнате потолок по цвету отличается от стен, пол — от потолка; это просто серая внутренность громадного кубического ящика, все шесть сторон которого ничем не отличаются друг от друга. Ящик залит знакомым светом, зеленоватым, точно морская вода перед закатом, — холодным свечением разреженного газа при электрическом разряде. Источник света здесь же: в одном из углов маленькая ажурная мачта из белого, напоминающего алюминий, металла тускло блестит в сиянии укрепленной на ней .разрядной трубки. И стелятся по полу расплывающиеся нерезкие ажурные тени.

В противоположном углу мягкие ткани покрывают разбросанные по полу подушки. Тесно прижавшись одно к другому, на подушках недвижимо лежат три тела: два тела обыкновенных человеческих размеров, третье, лежащее с краю,— чуть ли не в полтора р ша длиннее. Оттуда доносится храп — густой, переливчатый, с присвистом и фиоритурами, которым позавидовал бы любой негритянский оркестр. Если бы греческие боги умели храпеть вовремя сна— этот храп наверное получил бы название гомерического.

Храпел Громов. Щур, лежавший рядом, спал настолько крепко, что не только храпом, но пожалуй и орудийной канонадой нел13я было бы потревожить его сон. Усталость, обилие новых впечатлений, стремительное нарастание событий — все это не могло пройти бесследно: перегруженный организм набирался сил для дальнейшей борьбы.

Лизанька, свернувшись калачиком и подложив под голову руку, видела девятый по счету сон. Ей снилось прибытие сигарообразного снаряда к тем далеким стенам, зубцы которых Громов видел на горизонте. Недавние впечатления снова всплывали из глубин освобожденного сном подсознания: широкая терасса, примыкавшая к гладкой стене, эстокада, сооруженная на терассе, и плавный замедленный спуск снаряда на рельсы эстокады. Здесь, в этой гладкой стене, внезапно раскрылась дверь, захлопнувшаяся за Лизанькой и ее товарищами и превратившая их в пленников каких-то невидимых или прячущихся обитателей неизвестной планеты. Сновидение перешло в кошмар: Лизань- ке казалось, что ее, точно брусок дерева, засунули.под зубья механической пилы— такую пилу она не раз видела у себя па фабрике — и острая сталь с треском и свистом врезалась ей в кости... Быть может истинным виновником этого кошмара явился мощный храп Ваньки-Каина. Так или иначе — Лизанька в холодном поту проснулась.

— Мишка!..

Щур даже не пошевелился.

— Мишка!..

II Лизанька, схватив Щура за плечи, решила задать ему основательную встряску. Ей страшно было одной в этом каменном ящике; ей нужен был чей-нибудь ободряющий голос, пусть даже окрик, только не это грозное молчание, нарушаемое, пусть выразительным, ко ничего не говорящим храпом. Щур сонно отбивался от Лизаньки.

— Уйди, чорт!.. Говорю — уйди, а то... Лизка, аспид!..

— Мишка,—не унималась Лизанька,— скорей спи, а то у меня бессонина.

Щур сквозь сон сердито буркнул:

—- А мне наплевать...

Но все же поднялся на локте, зевнул, потом сел.

— Ну, чего тебе надо?

— Мишка, — сказала Ливанька и вздохнула.— Что же дальше будет?

— Дальше? Не знаю я... Мне вот жрать хочется, как из пушки.. А?..

— Мне тоже. Давай разбудим Ваньку.

— Что ж ты думаешь, мы его съедим что ли, если разбудим?

— Зачем съедим? — спокойно спросила Лизанька.— Есть не надо, так просто поговорим.

Соединенными силами Щура и Лизаньки Громов был разбужен. Могучий храп прервался на высокой ноте. Некоторое время Ванька задумчиво созерцал своих товарищей, потом наставительно сказал:

— Когда я сплю, никогда не надо меня будить...

— А когда же надо тебя будить? — спросил Щур.

— Должно быть, когда он не спит,— догадалась Лизанька.

— Совсем никогда не надо,— мрачно возразил Ванька.— Я сам могу проснуться.

Тихий шорох, неуловимый, точно дыханье утреннего ветерка, заставил Лизаньку и Щура обернуться. Легкий крик изумления, вырвавшийся у Лизаньки, и тихое восклицанье Щура раздались почти одновременно: стена—глухая, казавшаяся безнадежно прочной стена, — исчезла. Там, где раньше была стена, теперь чернело полутемное пространство, уходившее так далеко, что самый острый взгляд не смог бы проникнуть в него до конца.

Громов, .окончательно проснувшийся, встал, расправил широкие плечи и очень серьезно сказал:

— Чорт возьми, вот это жилплощадь! По сколько же это сажен на брата?

Ответа не было. Щур сосредоточенно молчал, а Лизаньке, затаившей испуг, было не до расчетов площади.

И вдруг в глубине пространства вспыхнул свет.

Пространство оказалось длинной анфиладой комнат, отделенных друг от друга сводчатами арками. Вдоль стен стояли различные приборы, назначение которых было довольно трудно определить. Большинство из них было снабжено антеннами комнатного типа, напоминавшими рамочные, только гораздо больших размеров.

Громов, а за ним и оба его спутника, двинулись вперед. В одной из ближайших комнат они нашли шкаф, оказавшийся при ближайшем рассмотрении шахтой небольшого лифта. В шахте оста-